Пасхальный рассказ в русской литературе

День православного Востока,

Святись, святись, Великий день,

Разлей свой благовест широко

И всю Россию им одень!

Ф. И. Тютчев

Христианство оказало глубокое воздействие на мировую литературу. Во многих произведениях нашли свое художественное воплощение и события Священной истории, и память о них ‒ церковные праздники.

Пасха дала русской литературе больше чем образы, мотивы, сюжеты, эпизоды ‒ она дала жанр пасхального рассказа. Судя по всему, жанр возник спонтанно ‒ и у него было много начал. Пасхальный рассказ был неизбежен в русской литературе. С 80-х годов XIX века пасхальный рассказ встречается практически у всех сколько-нибудь значительных рассказчиков.

Одним из первых провозвестников этого жанра был А. С. Хомяков, который в 1844 году перевел на русский язык «Рождественскую песнь в прозе» Чарльза Диккенса и издал анонимно под новым характерным заглавием «Светлое Христово Воскресенье. Повесть для детей», перевод имел успех и был дважды переиздан в журналах в следующем году.

В английской литературе «Рождественская песнь в прозе» Диккенса дала жанр «рождественского рассказа». Сохранив многое от оригинала, Хомяков сделал английскую «Рождественскую песнь в прозе» русской: перенес место действия в Россию, дал героям русские имена, подробно разработал русский «колорит», но главное ‒ заменил Рождество Пасхой, что изменило смысл повести.

Пасхальное время, говоря словами переложения Хомякова, «связано со всем, что есть святого в нашей вере. Это одно время в круглом году, когда каждый готов открыть другому всю свою душу, когда недруги готовы снова подать друг другу руку и забыть все прошедшее и когда все люди, высшие и низшие, равно чувствуют себя братьями в одном общем светлом торжестве!»…

…Провозвестником жанра пасхального рассказа был и Достоевский, у которого этот жанр возник в пасхальных эпизодах его романов. Впервые он представлен рассказом Нелли в «Униженных и оскорбленных», затем первым сном Раскольникова об избиении и убиении «лошадки», эпизодом предсмертного сна Свидригайлова о девочке-самоубийце, «Мужиком Мареем» из «Дневника писателя», рассказами из «Жития старца Зосимы» в «Братьях Карамазовых». Как самостоятельный жанр выделен в романе «Подросток» рассказ Макара Долгорукого о спасении души изверга и великого грешника купца Скотобойникова…

Пасхальный рассказ связан с праздниками всего Пасхального цикла от Великого поста до Троицы и Духова дня, а это прежде всего Великий пост, Страстная и Святая недели, Пасха, Вознесение, Троица, Духов день. Пасхальный рассказ назидателен ‒ он учит добру и Христовой любви; он призван напомнить читателю евангельские истины.

Пасхальные рассказы Н. Лейкина понравились А. Чехову, который писал автору: «Особенно врезался в мою память один рассказ, где купцы с пасхальной заутрени приходят. Я захлебывался, читая его. Мне так знакомы эти ребята, опаздывающие с куличом, и хозяйская дочка, и праздничный «сам», и сама заутреня…».

 Православные праздники становятся у Н. Лейкина поводом для бытовых зарисовок, раскрывающих юмористическое несоответствие современных нравов и христианских заповедей, что вполне понятно, если учесть, что Пасха 1879 года, когда рассказы были написаны, отмечалась 1 апреля.

Сам А. Чехов, откликаясь на просьбу А. С. Суворина, обещал 18 марта 1887 года: «Пасхальный рассказ постараюсь прислать». Чехов не успел написать к пасхальному номеру «Нового времени» (Пасха приходилась на 5 апреля), но две недели спустя был опубликован рассказ «Миряне», позже переименованный в «Письмо».

Годом раньше писал для пасхального номера «Русских ведомостей» Н. Щедрин, но не успел, и его предание «Христова ночь» появилось в сентябре 1876 года.

Н. Лесков предпочитал писать «святочные», иногда «рождественские» рассказы, но и у него есть пасхальный рассказ «Фигура» (1889), в котором поведано об одном киевском чудаке, крестьянине с виду, а прежде офицере.

В это время пасхальный рассказ уже признавался как жанр, о чем свидетельствует не только серьезная, но и полемическая его интерпретация. Так, в 1895 году редакция «Самарской газеты» обратилась через М. Горького к В. Короленко с просьбой прислать пасхальный рассказ. Короленко не смог выполнить заказ, как он объяснял, из-за того, что «сильно занят уже начатыми работами и вообще пасхальных рассказов давно как-то не писал».

Вместо Короленко заказ исполнил Горький, написавший для пасхального номера «Самарской газеты» рассказ «На плотах». Он назван в подзаголовке «пасхальным рассказом», хотя, по сути дела, это антипасхальный рассказ, в котором все дано наоборот: язычество торжествует над христианством, снохач Силан Петров возвеличен, христианский аскетизм его болезненного сына Митрия осмеян и отвергнут, сильный прав, слабый повержен.

При явном равнодушии к церковным праздникам пасхальный рассказ написал Л. Толстой. Это его хрестоматийный рассказ «После бала». Бал в этом рассказе случился в последний день масленицы ‒ в Прощеное воскресение, накануне Великого Поста, который начинается Чистым понедельником. То, чему стал свидетелем герой рассказа, происходит не по-христиански: «братцы» не милосердствовали ‒ кто по приказу, кто по своей воле. Рассказ не только раскрывает нравственный конфликт героя и нехристианской власти, от имени которой вершатся дурные дела, но и устанавливает нравственный закон в споре, «что хорошо, что дурно».

В рассказах «Студент» и «Архиерей» Чехов напомнил читателю о Христе, о смысле истории и смысле жизни человека. В них ясно выражены общие для пасхального рассказа умиление и упование на народную веру и русское Православие.

Среди бунинских пасхальных рассказов есть и знаменитое «Легкое дыхание», действие которого в начале и в конце происходит на кладбище в апреле, где «над свежей глиняной насыпью стоит новый крест из дуба, крепкий, тяжелый, гладкий». …Что такое апрельские воскресенья, хорошо известно русскому человеку: это время пасхальных праздников, которые идут своей вечно повторяющейся чередой от Великого Поста до Троицы. И этот православный календарь вносит новый художественный смысл в то, что случилось с Олей Мещерской и как ее смерть отозвалась среди людей, почему на ее могилу ходит классная дама, знающая тайну «легкого дыхания» Оли Мещерской.

Как жанр пасхальный рассказ един, но это единство многообразия: сохраняя жанровую сущность неизменной, каждый автор мог выразить в пасхальном рассказе свое, задушевное. И каждый проявил в этом жанре свою меру таланта и литературного мастерства.

У пасхального рассказа славное прошлое в русской литературе. По понятным причинам он исчез из советской литературы, но остался и долго держался в литературе русского зарубежья. Сегодня у него почти нет настоящего. Возможно ли будущее ‒ зависит от нас.

(По материалам статьи В.Н. Захарова «Пасхальный рассказ как жанр русской литературы»).

Е. Черноволова.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *